Электросталь. Новости

Возьми газету бесплатно

Яндекс.Погода

понедельник, 3 октября

дождь+12 °C

Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа: Прощённое воскресение

04 марта 2022 г., 8:46

Просмотры: 37


Через два дня - «Прощённое воскресение» - праздник, которым предваряется Великий Пост. И поэтому скажем сегодня несколько слов, которые, может быть, помогут подготовится к этому событию. 

Один из римских императоров сказал, что, обладая безграничнои властью над людьми, держа в своих руках жизнь и смерть каждого из своих подданных, он более всего дорожит властью прощать. 

Как здорово, что и мы все, не будучи императорами, такою властью тоже обладаем. Владыка Антоний Сурожский рассказывал о своем знакомом, который, находясь в нацистском концлагере, чувствовал себя сильнее, могущественнее своих мучителей. «У них, – говорил он, – была жалкая власть убить меня. Да и то не меня, а только мое тело. У меня же была власть их простить и молиться о них». Действительно, насколько второе больше первого! Но во всех приведенных примерах под прощением надо понимать не снятие с этих преступников ответственности, а искреннее желание их обращения, покаяния и, как следствие этого, – спасения. 

Думаю, что у слова «прощение» есть два понимания. Первое – это полное восстановление тех добрых отношений, которые были до ссоры, обиды или чего-то в этом роде. Такого прощения не стоит требовать в тех случаях, когда человек не считает себя виноватым, продолжает делать зло. Другое, более широкое, понимание – отказ от мести и желание покаяния и спасения виноватому. Вот такое прощение – безусловное требование к каждому христианину, потому что сказано: «...Любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас...» (Матф.5:44). 

Если действительно человек сожалеет о сделанном зле, если просит прощения, а мы не прощаем, здесь нужно разбираться. Важно выяснить: «не хочу» или «не могу». 

Если «не хочу», то этому нет оправданья. Можно спорить и размышлять о возможности прощения тех, кто, творя зло, не только не раскаивается, но активно продолжает его совершать, но о прощении тех, кто раскаялся, между христианами спора быть не может. Здесь прощение должно быть полным и безоговорочным. 

Должно-то должно, но если не получается? Приходит человек на исповедь и кается, что никак не может простить того- то и того-то за то-то и то-то. И очень переживает об этом, и корит себя, но, говорит, «все равно до конца простить никак не могу». «Знаю, батюшка, что надо! Знаю, что Господь велит! 

Хочу, но до конца никак не могу». Спрашиваю: «В чем выражается это «не могу»? Вы напоминаете ему о прошлом?» – «Ой, что вы! Боже упаси! Нет, конечно! Только обида-то в душе не проходит». 

Но это как раз-то вполне понятно и объяснимо. Представьте себе, что кто-то нанес вам увечье, сломал руку, например. А потом пришел и искренне раскаялся, просил прощения. И вы простили его. Что же, рука после этого сразу срастется? Нет, конечно, любые телесные повреждения будут еще долго болеть, а может быть, и всегда. Но эта телесная боль прощения не отменяет. Боль – болью, а прощение – прощением. Думаю, что и с душой происходит подобное. Человек, обидевший вас, нанес душе рану, которая не может сразу пройти, может болеть еще долго. Простить – одно, выздороветь душою – другое.

Здесь решающее значение имеет наше намерение, или, говоря языком Отцов, произволение. Желание простить уже вменяется нам в прощение, если мы подтверждаем искренность этого желания тем, что не напоминаем обидевшему о прошлом, не укоряем его, молимся и о нем, и о себе, чтобы избавил нас Господь «от многих и лютых воспоминаний». Душа же, раненая, может еще долго болеть, хотя я думаю, что, прощая, мы выздоровление очень ускоряем, а не прощая – не вы- здоровеем никогда ни в этой жизни, ни в будущей. 

Все, что делает на земле человек, всегда несовершенно, пока в дело не вступает Господь и Божественная Благодать не восполнит то, что мы сами совершить не в состоянии. Это справедливо по отношению к любому нашему делу, в том числе и к делу прощения. Наше – намерения и усилия; а Божие – осуществление намерений и доведение усилий до успешного результата. Никакие усилия воли, никакие уговоры, убеждения и самоубеждения не сделают наше прощение полным и совершенно искренним, если не будем мы в Духе Святом. И наоборот, если цель нашей жизни – стяжание Благодати Духа Святого, если спасение наше в обожении, соединении с Богом, то критерием того, насколько приблизились мы к цели, является как раз то, насколько искренне, насколько полно умеем мы прощать. Только идя путем Стяжания Духа всеми способами, из которых важнейший – молитва, может обрести человек подлинный мир в сердце своем, мир с Богом, с самим собой и со всеми «ненавидящими и обидящими нас». 

Протоиереи Игорь ГАГАРИН 

Обсудить тему

Введите символы с картинки*